15 часов 30 минут.
Пришла соседка по лестничной площадке. Сцепилась она не с нами, а с Соседкой-через-стену. Выяснилось, что ребенок спит, а всякие бляди орут. Бригадир пошел на кухню ставить чай, потому как у нас в 16:00 завсегда полдник, а работать все равно мешают. Оставив двух женщин в прихожей, Бригадир развлекался тем, что резал рулет с черникой. Вернулся он в прихожую, когда дурниной орали уже, как выяснилось, две бляди, курвы и прошмандовки. Поняв, что аудитория скоро разрастется ровно на число всех присутствующих в доме прошмандовок, Бриг элегантно разрулил ситуацию, спросив у Соседки-через-стену, что она делает сегодня вечером. «Ну точно – БЛЯДЬ!», – резюмировала соседка по лестнице и хлопнула дверью. «Через букву „Д“!», – пронеслось у меня в голове совершенно абстрактно.
20 декабря
Утром Бригадир пришел с компакт-диском и объявил всем, что, наконец-то, раздобыл Бетховена. «Это про собаку, что ли?», – спросил я. Гусь заржал, а Бриг покачал головой и выдал сентенцию: «Бетховен – это великий немецкий композитор, написавший „Лунную, блядь, сонату“, а так же изумительную, нечеловеческую музыку, о которой так долго говорили большевики». «Интернационал, что ли?», – спросил я, после чего Гусь сполз под стол, а Бриг сказал, что утром он обычно никого не убивает.
В обед выяснилось, что сегодня четверг. Это очень меняло ситуацию, потому что все думали, что сегодня среда. Совершенно точно стало ясно, что марафон недельной давности повторится, мало того, он уже начался.
В 16:00 на чаепитии обсудили вопрос о том, надо ли поднажать сегодня или лучше уж завтра с утра и до утра. Бочарик сказал – один хуй, не успеем, поэтому давайте лучше сегодня пить пиво, но энтузиазма особого ни у кого не было.